Наукова бібліотека України

Останні надходження

Loading
Трансформация стратегии и тактики украинских националистов после перелома в Великой Отечественной войне (1943 - 1945гг.)
статті - Наукові публікації

Головко МЛ.
докт. истор. наук, профессор кафедры социально-гуманитарных дисциплин и профсоюзного движения, ректор Академии труда и социальных отношений ФПУ

Публикации таких авторов как А.В. Буцко, И.И. Дробот, А.Е. Лысенко, М.В. Коваль, В. Косик, П. Мирчук, П.В. Рекотов, В.И. Сергийчук, определяют, что иллюзии проводников ОУН относительно использования гитлеровского режима как союзника или хотя бы сюзерена провозглашения украинской власти в Галичине были в значительной степени утрачены уже в июне 1941 г. [33].

И все же интересными, по нашему мнению, выдаются политические действия украинских националистов в период безвольного вакуума: когда фашисты уже сдвинулись из своих оккупационных мест, а Красная армия еще не успела укрепить власть на освобожденных территориях. В этих условиях оуновцы активизировали свои действия, совершили определенные политические шаги.

Коренной перелом в ходе Великой Отечественной войны, успешное наступление Красной армии и разгром гитлеровских войск на Левобережье побудили руководство ОУН к корректировке своих идейно-программных целей. Главный акцент переносился на борьбу за суверенное государство, независимое от любого европейского «гаранта».

Чтобы согласовать основные направления политической концепции, в августе 1943 г. на Тернопольщине был созван III Чрезвычайный Большой Сбор ОУН. Анализ программных установок сопровождался отказом от идеи государственного строительства на базе однопартийной диктатуры. В документах отмечалось, что «... Украинский государство должно служить для всего украинского народа. Она ни в коем случае не смеет быть доменом или эксплуатационным тираном какой-то одной группы »[34]. Кроме того, в конституционном по характеру документе провозглашалась свобода политических и общественных организаций, слова, печати, мировоззренческих основ, ликвидация всех форм эксплуатации, национализация промышленности и транспорта, участие работников в управлении производством, 8-часовой рабочий день, свобода профсоюзов и т.д. [ 35].

Опыт 1939 - 1941 рр. убеждал в том, что после реставрации советского режима населения будет поставлен перед жесткой альтернативой: покорно принять требования, предъявляемые властями, или сопротивляться принудительной интеграции в социалистическое общество. Чтобы не потерять социальную базу и подготовить население Украины к массовому идеологического воздействия со стороны большевиков, ОУН и УПА с осени 1943 г. резко усиливают свою политическую работу среди масс. Знакомя населения с содержанием освободительного движения, пропагандистская референтура акцентирует внимание на демократичности будущей Украинской Самостоятельной Соборной государства (УССД) в отличие от тоталитарных гитлеровского и сталинского режимов. Кроме того, в документах ОУН и УПА отчетливо прослеживается отказ от постулата «Украина для украинского», апелляция к представителям других народов, ставших жертвой тоталитаризма. Поскольку в коллаборантских формированиях на стороне Германии сражались бойцы разных национальностей, населявших Советский Союз, оуновские и УПАвские пропагандисты распространяли среди них листовки («Грузины», «Сыновья Туркмении», «Черкесы, кабардинцы, чеченцы, адыги, Лезгинке, ингуши» и др. .), в которых содержался призыв покидать неблагодарную службу III рейха и создавать общий фронт борьбы против национального угнетения. Следует отметить, что эти усилия не были напрасными, и осенью

г. в рядах УПА уже действовало 1 Мая национальных куреней [36].

Для укрепления этой работы в конце ноября 1943 был созван Первый конференцию порабощенных народов Восточной Европы и Азии, в которой приняли участие 39 делегатов, представлявших 13 наций и народностей. Они приняли обращение о свержении государственного строя, опирающегося на эксплуатацию, угнетение одной нации другой, и установление принципиально отличного общественного строя. «Этот порядок, - отмечалось в документе, - должна быть построен на системе независимых государств каждой нации на своей этнической территории. Осуществить этот порядок можно только в беспощадной борьбе с империалистической правящей верхушкой, только путем революции »[37]. Участники конференции обратились к бойцам Красной армии, советских партизан, рабочих военных предприятий, интеллигенции, военных национальных формирований, действовавших на стороне Германии. Они разъясняли попытки советской власти путем насилия и войны покорить другие народы, навязать империалистический строй мира, объясняли необходимость совместной борьбы против режимов, которые запятнали себя антигуманной политикой, геноцидом против собственных и других народов.

Следующим шагом в трансформации идеологических принципов освободительного движения стало создание всеукраинского политического центра, который взял бы на себя руководство национально-освободительной борьбой, представительство интересов украинства на международной арене. Эта организация должна быть надпартийной и объединить вокруг себя широкие слои украинского народа, представителей различных политических течений.

Инициаторами создания такого органа выступили лидеры ОУН, командиры УПА, общественные и политические деятели, сотрудничали с антинацистским подпольем. Среди них было немало надднепрянцев: киевляне К.Осьмак и В. потешки, П.Чуйна (Житомир), И.Вовчук (Львов), И. Позычанюк (Винница), К.Машко (Днепропетровск), волыняне П.Шумовський, Р. Волошин, председатель Украинской демократической партии В.Мудрий и др..

Главнокомандующий УПА Т.Чупринка так описывал начальный этап подготовки к формированию центра: «... Принимая за основу формирования?? Агальнонационального руководства украинского народа демократический принцип, Инициативной Комитет одолевал этим способом лучше, полнее отразить в этом временном украинском парлямент все существовавшие в то время в Украине, здоровые национально-политические силы. Особенно много внимания Инициативной Комитет уделял привлечению к проектируемому органа представителей восточно гражданства, стоял в оппозиции к большевистскому режиму. Здесь особый упор положено на привлечение к этому представительства самостийников молодого поколения, воспитанных уже в условиях большевистской оккупации »[38].

С июня 1944 подготовительная деятельность Комитета кончилась, и в июле было создан Украинский Главный Освободительный Совет (УГВР) как «верховный орган украинского народа в его революционно-освободительной борьбе за УССД». В составе УГВР действовали следующие органы: Большой Сбор УГВР как высшая законодательная организация, Президиум УГВР во главе с президентом, Генеральный Секретариат (с исполнительными функциями), Генеральный Суд, Контрольная Коллегия. Первым президентом УГОС был избран К.Осьмак, а в руководящие органы Совета вошли: Р. Шухевич, Лебедь М. Прокоп, Р. Волошин, П. Шанковский, И. Позычанюк, В. потешки, Ю. Липа, Р. Лозовский, П. Полтава, О.Галянт, И. Гриньох и др.. [39].

«Платформа УГВР» иллюстрировала цели и задачи организации, программные принципы ее деятельности. В документе отмечалось, что УГВР «творится на принципе полной политической независимости своих стремлений от воздействий посторонних сил и факторов». Именно поэтому местом нахождения органа определялись украинские земли, а за границу могли выезжать отдельные члены Совета с определенными поручениями. Это делало невозможным превращение УГВР на эмиграционное представительство, а также зависимость от правительственных страны пребывания. УГВР объединяла «. Все ведущие политические элементы независимо от их идейного мировоззрения и политически групповой принадлежности, стоящих на почве политической суверенности Украинского государства и независимости украинских освободительных стремлений». Объединение национально-освободительных украинских сил в борьбе за УССД предполагалось обеспечить «народно-демократическим способом признания политического устройства в украинском государстве путем общего народного представительства», утверждением демократических свобод, справедливого социального строя без классового эксплуатации и угнетения, гарантией гражданских прав всем национальным меньшинствам в Украине. В экономической сфере наряду с поддержкой свободной инициативы торговли планировалось обобществления основных природных богатств, огосударствление тяжелой индустрии, транспорта, определение минимального и максимального размеров индивидуального землепользования, развитие кооперации и ремесел [40].

В «Универсале Украинской Главной Освободительной Рады» указывалось, что она «... высшим руководящим органом украинского народа на время революционной борьбы, вплоть до создания Украинского Самостоятельного Соборного государства» [41].

Итак, УГВР и ее политическая платформа создавались на принципах демократизма, плюрализма, гуманизма, межнациональной и религиозной терпимости. Можно согласиться с исследователями, которые утверждают, что деятельность УГОС направлялась в русло украинской национальной идеи [42]. В программных документах органично сочетались составляющие факторы последней: идея суверенной государственности, мира и гражданского общества, функционирующего на основе равенства всех национальных и социальных групп, верховенства закона. Фиксировалась идея самоценности человеческой личности, взаимообусловленности свободы личности, свободы нации.

Объективно анализируя феномен УГВР, не стоит преувеличивать ее влияние на ход освободительного движения в западноукраинском регионе, тем более, что уже вскоре реальная власть в крае перешла к большевикам. Однако не следует и преуменьшать факта наличия (хотя и структурированной в классическом понимании) институтов, показали себя представителями той части украинского народа, которая желала бороться и жить в собственной суверенном государстве. Учитывая обострение не только чисто военного, но и идейно-политического противостояния между сталинским режимом и самостийницкими силами в это время, сам прецедент приобретал особое звучание и веса для тех, кто боролся против режима поддерживал эту борьбу.

Как отголосок остроты внутренних противоречий в руководстве ОУН (Б) и личных амбиций стала почти одновременная (июнь 1944 г.) появление еще одной общественно-политического института - Народно-освободительной революционной организации (НВРО). Начинали ее М. Степаняк, В. Кук и Я. Бусел в знак расхождения в позициях с головой бюро провода ОУН (Б). Считая необходимым преодолеть монократический тенденции в самостоятельное движении, они создали орган, который должен сплотить вокруг себя все национально-политические силы на демократической платформе и поставить его на место ОУН, не всегда оказывалась на высоте. Впоследствии инициаторы акции мотивировали свои действия факторами, связанными с продвижением советско-германского фронта на запад, разрывом связей между главными руководителями провода ОУН, находившиеся в основном в Галичине, и теми его членами, которые находились на Волыни и Полесье.

Появление двух беспартийных органов, претендовавших на роль центра всеукраинского освободительного движения, вносила элемент деструктивности в один из самых тяжелых его периодов. Но Р. Шухевич не позволил разгореться распрям и рассудительными действиями погасил конфликт. Осенью

г. организаторы НВРО признали нецелесообразность и недальновидность своих шаг?? В [43].

Третьим претендентом на место авангардной объединяющей силы в конце войны стала Всеукраинская национальный совет (ВУНР). Вспомним, что сначала во Львове, а затем в Киеве возникли два общественно-политических ячейки с одним названием - Украинская национальная рада (УНР). Запретив деятельность любых политических организаций, оккупанты заставили досрочно прекратить деятельность львовской, а затем и киевской УНРада, хотя их деятели время от времени совершали интерпелляцию к немецким властям по поводу жесткой политики последних в оккупированной Украине. Гитлеровцы отвечали массовыми арестами и казнями.

Неизбежность изгнания нацистов из Украины вызвала мысль о возрождении УНР и ее реорганизации в Львове. Переговоры между представителями различных групп националистического лагеря во второй половине 1943 не были доведены до конца из-за арестов Мельника и других членов ОУН, секретаря Унради О.Байдуника, однако идея консолидации государственных сил не была похоронена. В начале 1944 г. состоялись консультации с митрополитом А. Шеп-Тицкая, в результате которых была достигнута договоренность о реорганизации УНР путем объединения львовской и киевской УНРада, Центральной Национального Совета Карпатской Украины во главе с Августином Волошиным. Уже 22 января этого же года в митрополичьих палатах были подписаны конституционные документы - «Протокол» и «Декларация». Под ними стоят подписи М.Величкивського (председателя вновь Унради), митрополита А. Шеп-Тыцкого (первого заместителя председателя), А.Штефан (второго заместителя), ГДубины (первого секретаря), Я. Гайвас (второго секретаря). В августе в Братиславе принято решение об изменении названия организации на Всеукраинскую Национальный Совет [44].

Правовой характер ВУНРады и ее прерогативы определялись тем, что она провозглашалась «единственным повновласником всего украинского народа на территории Соборной Украины» и ставила задачу «заслонять и вести национально-государственное дело украинского народа во всех областях его жизни» до времени «самоопределение украинской нации путем построения Соборной Украинской Державы »[45].

На августовском совещании ВУНР задекларировала свою платформу, следует рассматривать как политическую программу. Отвергая монопольное право одной партии на представительство интересов всего народа, ВУНР как беспартийный фактор стремилась к объединению революционно-освободительных сил при строгом условии, что они не признают ни приоритета любых внеукраинской партий, организаций и ведут бескомпромиссную борьбу против оккупантов. ВУНР отстаивала принципы «народовладносты с переходной этапом наиболее двух лет действия Революционного Парламента, созванного ВУНР. Провозглашая себя представителем стремлений народа в Украине и за ее пределами, ВУНР во взаимоотношениях с другими народами признавала за каждым народом право на его полное политическое и государственно-экономическое самоопределение на его этнической территории »[46]. Национальным меньшинствам в Украине гарантировалась полная гражданская свобода и равноправие. Декларируя демократические свободы, авторы документа отмечали, что в экономических вопросах ВУНР выступает за частную собственность, возлагая окончательное решение на Всенародный Парламент. Главным средством достижения конечной цели - возрождение суверенного государства - ВУНР считала революционную борьбу!

Появление нескольких органов, настаивали на исключительном праве быть консолидационным центром украинского самостийницких сил, явно вредила борьбе, поэтому УГВР уполномочила свое Зарубежное Представительство приступить к переговорам с ВУНР для объединения. Однако каждая сторона стремилась подчинить другую, ссылаясь на детали программных документов. Переговорный процесс в Братиславе завершился безрезультатно и возобновился лишь весной 1946 г., расширив круг своих участников за счет партий социалистической ориентации.

Собственно на западноукраинских землях УГВР оставалась единственной институцией, которая могла (со всеми оговорками) считаться консолидационным центром освободительной борьбы. В любом случае все подразделения УПА приняли присягу на верность идеалам, декларированным программными документами УГВР. Учитывая тесную связь УПА с бандеровской ОУН, можно утверждать, что в регионе образовался своеобразный иерархический треугольник, в котором главная роль верхнего угла принадлежала Совету, а УПА стала единственной вооруженной формацией, которая продолжала борьбу против сталинского режима.

К марту 1944 (почти год) ОУН и Главная команда УПА накапливали силы, занимались подготовкой командных кадров, укреплением материальной части в ожидании главных событий.

Завершение боевых действий на европейском театре Второй мировой войны не воспринималось лидерами национально-освободительного движения в Украине как сигнал к свертыванию борьбы. Речь шла только о выборе тактических средств в достижении все той же стратегической цели - получение суверенного национальной государственности. Л.Шанковський так характеризовал ситуацию: «надвигались различные вопросы, что будет и как быть дальше ... Что делать дальше, или сложить оружие, узнать себя побежденными и пойти с повинной в НКГБ, как себе этого желали большевики, или дальше вести борьбу против исконного врага и как? Каждый отдавал себе отчет, что после окончания войны, с которой СССР вышел победителем, он сможет бросить очень большие силы на борьбу с украинским освободительно революционным движением и виды в этой борьбе очень минимальные »[47].

Однако это не повлияло на позицию руководства УГВР и командование УПА. В мае 1945 г. Главный команд?? Тель УПА Т.Чупринка издал приказ «К бойцов и командиров Украинской Повстанческой Армии», в котором утверждался намерен до «последнего защищать идеи украинской самостоятельности» [48].

В эти самые майские дни появился еще один документ - «Декларация Провода Организации Украинских Националистов после окончания Второй мировой войны в Европе», который содержал оценку геополитической ситуации и перспективы решения «украинского вопроса». Несмотря на неблагоприятные условия, авторы «Декларации» отмечали, что ориентиром для национально сознательных сил «идея украинского самостоятельного соборного государства, является точным определенным понятием и не может быть отменена никакими« советскими Украинами »или другого рода экспозитура чужого империализма». Осознавая трудности в процессе борьбы за определение государственности, руководство Провода пыталось морально укрепить борцов за свободу Украины: «Мы знаем и верим, что недалек уже время окончательного освобождения украинского народа и создание самостоятельного государства, и эту веру передаем народу. Мы хотим вместе с народом дойти до окончательной Великой Цели »[49].

Завершился очередной этап борьбы украинского самостийницких сил за собственную государственность. На последней стадии Второй мировой войны, после изгнания войск нацистской Германии и ее союзников за пределы Украины, ОУН и УПА оказались наедине со сталинской системой. Измученная войной, она, однако, ни на йоту не отступила от постулатов, по которым строилось и функционировало социалистическое общество. Победа над гитлеризмом, как считали в Кремле, оказывала моральные и юридические права устанавливать собственные порядки. Сталин полностью этим воспользовался: ликвидация ОУН и УПА была лишь делом времени.

Но противостояние Западной Украины «второй радянизации» оказалось неожиданно упорным и длительным. Не будет преувеличением сказать, что каждую позицию в регионе советской власти пришлось приобретать снова.

Жертвами этого противостояния становились как непосредственные участники идеологического и военно-политического конфликта, так и те, кто не имел к нему непосредственного отношения. Не стесняясь средств, стороны шли до конца, причем украинского подполья действовало с бесшабашностью обреченных, а силовые структуры СССР с уверенностью и упорством хозяев положения. Тоталитарная система вновь оказалась сильнее, хотя борьба продолжалась еще долгие послевоенные годы.

«Расчищая» путь к полновластного управления в крае, партийно-советский аппарат пытался всячески дискредитировать национально-освободительное движение во всех его идейно-политических и практических аспектах. Как оказалось, это был лишь временный успех.

украинского-польские события (1943 - 1945гг.)

Характеристика национально-освободительного движения Западной Украины была бы неполной без освещения проблемы украинского-польских отношений во время Второй мировой войны. Видение их является составной этнополитической ориентации значительной части людей старшего поколения, которых длительное время держала в плену антиукраинская идеология. И только объективное освещение военно-политического противостояния позволяет современникам использовать опыт и уроки для консолидации государственно сил Украины. Историческая правда необходима также и для формирования научной концепции новейшей истории Украины, в частности летописи украинского-польских событий военного периода.

В отечественной историографии эта трагическая тематика освещается широко. И здесь количество публикаций (более 700) в течение 1990 - 2003 поражает [50]. Однако научных трудов, которые заслуживали выделения, среди них немного. Дело не только в симпатиях и антипатиях авторов, в большинстве из которых патриотическая позиция доминирует над принципом объективности. Причины следует искать глубже - в неумении или нежелании работать с эмпирическим материалом таким инструментарием, который бы, не искажая, адекватно воспроизводил тогдашние события.

Острота восприятия украинского-польского противостояния в обеих странах побудила ученых искать неординарные формы ведения научной полемики, пути постепенного сближения позиций. С этой целью было проведено десять совместных встреч польских и украинских специалистов, по итогам которых выдано восемь томов материалов (пять - украинский и три - на польском языке) [51]. В 2003 г. в связи с 60-летием событий на Волыни эта проблема резонировало в украинском обществе в высоком регистре. В Польше и Украине проведено несколько научных конференций, состоялась встреча президентов А.Квасьневского и Л.Кучмы, которые почтили память жертв кровавого террора без взаимных обвинений и претензий.

Кроме докладов на конференциях, статей и отдельных разделов обобщающих трудов по этой теме, собственно монографических исследований непосредственно по общей истории двух народов сегодня еще недостаточно. Приводим главные из них.

На материалах Тернопольской построено научно-популярное издание, подготовленное местными учеными О.Гайдаем, Б.Хаваривським и В.Ханасом [52], а также книга С.Ткачова [53], посвященная польско-украинского трансфера населения 1944 - 1946 гг .

В 1997 г. вышла монография О.Буцько «Украина - Польша: Миграционный процессы 40-х годов» [54]. Не ставя целью специально проследить украинский-польское противостояние в годы войны, автор, однако, на основании аналитических подходов выясняет, каким образом борьба украинских и польских подпольных институтов и вооруженных формирований между собой, а также с советской властью вызвала масштабные переселения украинского и польского гражданского населения прот?? Течение 1944 - 1947 рр.

Нельзя обойти вниманием появление книги, автором которой является Председатель Верховной Рады Украины В. Литвин [55]. Известный ученый историософской осмысливает прошлое двух народов и объективно оценивает сложные, противоречивые страницы их общей истории. Автор поддерживает утверждение большинства польских ученых о том, что действия ОУН вызвали физическое уничтожение гражданского населения в виде "этнических чисток». Одновременно он считает, действуя партизанскими методами, и Армия Крайова и Украинская повстанческая армия равнозначно оказывали военные преступления, создав прецедент взаимной мести.

Заметный вклад в изучение этой проблематики сделал В.Сергийчук [56], который занимает обвинительную позицию относительно политики польской стороны относительно украинского. С ним полемизирует И. Ильюшин [57], по нашему мнению, один из самых взвешенных специалистов в этой области. Он не согласен с тем, что причины столкновения поляков и украинским связанные с развертыванием антинемецкой борьбы ОУН и УПА, поскольку в начале 1943 г. Революционный провод считал выступление против немцев преждевременным и таким, противоречащий интересам местного населения. Еще одну причину конфликта В. Сергийчук видит в том, что поляки «помогали как немцам, так и советским партизанам в геноциде украинского» [58]. Зато

И. Ильюшин считает, что гражданские поляки (не полицейские ") ни были причастны к геноциду украинского так же, как и советские партизаны. По его мнению, антипольская акция «носила массовый характер», доказательством чего может служить хотя бы факт нападения отрядов УПА только в течение 11-13 июля 1943 почти одновременно на полторы сотни польских поселений [59]. Фактически эта акция была спланирована штабом Шухевича.

В 1943 г. главным «театром» польско-украинского вооруженного конфликта была Волынь. Менее известными недавно оставались события на западном берегу Буга - в Грубешевском и Томашевского уездах. Лишая из этих мест польское население, нацисты размещали в польских усадьбах украинские семьи, переселенные из Замойщине, где немцы создавали примерное колонию. В ответ польские националистические вооруженные отряды начали уничтожать известных представителей украинской общественности, забрасывая им сотрудничество с гитлеровцами. Так убит адвокат М. Струтинского, полковника Я. Войнаровский, бывшего сенатора Пастернака, доктора А. Бурнку. В одном из ОУНОВСКИХ документов (сентябрь 1943 г.) читаем: «Польская контракция отбирает у украинского их ценных людей ... То, что происходит вокруг, сказывается на всех участках национальной жизни, особенно на школе, состояние которого значительно ухудшилось в связи с нехваткой учителей (галичане реемигрують) и уменьшением количества учеников; угасает деятельность местных органи-заций, ... между тем в условиях, когда анархия усиливается, произошли первые случаи истязания поляков вроде тех, что имели место на Волыни »[60].

Острые взаимные выпады в Грубешивщини, Томашовщине и Волыни продолжались и в

г. По данным польских историков, в течение 1943-1944 гг между отделами УПА и Армии Краевой зафиксировано 150 вооруженных столкновений, в результате которых общие потери составили с обеих сторон по 200 человек. Жертвами нападений акивських подразделений стали около 2 тыс. гражданских украинском [61].

С продвижением фронта на запад отряды УПА зимой 1944 начали взиматься в Восточную Галицию. Но здесь польское подполье сумело не только дать отпор антипольским действиям УПА, но и прибегнуть к активным наступательным действиям. Стремясь прекратить террор, львовский «кедив» («руководство диверсией») совершил грубую антиукраинскую акцию в прилегающих к галицкой столицы районах. Ее последствия дали «подходящий» результат: после ухода аковцев началась ответные акции УПА.

Если обозначить теоретический срез проблемы, то следует говорить о том, что против-польские действия ОУН и УПА были связаны со стремлением установить свое влияние (а в дальнейшем - создать государство) на территории совместного проживания, где украинское исторически составляли большинство . Итак, речь шла о возвращении этнических украинских земель под суверенитет национального государства. Поэтому целью «деполонизации» стало вытеснение, а не уничтожение польского населения, как справедливо замечает польский исследователь Т.А.Ольшанський. Он утверждает, что в польских кругах до 1945 г. ». Никогда не стоял вопрос о« где украинизацию »любой территории [62]. Вероятнее всего, так и было, если инициатива взаимного широкомасштабного переселения 1944 - 1946 рр. согласно договору между правительствами Польши и УССР принадлежит советскому руководству.

В постановлении от 12 июня 1944, принятой Политбюро ЦК КП (б) У, отмечалось: «В освобожденных от немецких оккупантов областях Украины немцы, немецко-украинские националисты и польские националисты проводили политику натравливания поляков на украинском и украинского на поляков, вследствие чего сейчас возможно на этой почве возникновения различных проблем, требующих организационного решения »[63]. «Организационные решения» были найдены быстро и навязанные просоветской Польском комитета национального освобождения (ПКНО).

На начальной фазе переселения происходило с некоторым соблюдением принципа добровольности, но таким образом в УССР перебралось всего 150 тыс. украинском - четвертая часть тех, что жили в «ялтинских» границах Польши. Летом 1945 г. польские войска и полиция начали принудительную депортацию, которая охватила 300 тыс. человек и сопровождалась массовыми убийствами украинского. К этим акциям присоединились и польские независимые формирования, нередко управляемые или направляемые АКовца, получивших должности в полиции.

Польски?? террор привел к жестоким ответных акций со стороны ОУН и УПА. Весной

г. Закерзонья всколыхнула новая волна террора. Ужасная статистика тех месяцев выглядела так: в селе Павлокома польскими шовинистическими боевиками убиты 300 украинского, в селах Сивчини и Берегу - более 200, Малкович - 250, Паскоровичах, Мелитополь, любят-Линци - 200 человек, в Рахове - 130 [64]. Создав отрезки «Бастион», «Данилов» и «Лемко», подчиненные военному округу «Сян», командование УПА вступило в стычки с польскими «пляцуфкамы», отрядами полиции и самообороны. Вместе отделы повстанцев выполняли административные функции, обеспечивали украинское население продуктами, скотом, инвентарем, посевным материалом. Отдельным направлением деятельности УПА стало противодействие репатриации, нападения на регистрационные пункты и железнодорожные станции, освобождение тех, кого принудительно выселяли в РСФСР [65].

Пропагандистские референтуры проводили разъяснительную работу среди населения, убеждая его не покидать родных мест. В сентябре 1945 г. была издана воззвание «Украинский Лемковщины», где, в частности, указывалось, что Кремль «торгует этой землей и жизнью сорока тысяч украинского». В документе попереджувалося о том, что ждет в УССР доверчивых эмигрантов. В октябре того же года всем зарубежным представительствам Варшавы передали от имени «представителей всех слоев украинского населения за линией Керзона» открытого письма на английском, французском и немецком языках «В целого культурного мира». Авторы документа апеллировали к главам государств, первоиерархов мировых церквей, Красного Креста, всех политических, общественных и гуманитарных организаций по поводу грубого нарушения прав коренных жителей земель, вошедших в состав Польши [66].

Однако, следуя ялтинских договоренностей о сферах влияния, западные демократии остались индифферентными к этим интерпелляций.

Сопротивление принудительному переселению приобретал крайние формы. Высаживались в воздух репатриационные пункты, подвижной состав, портились железнодорожные мосты и пути. Уповцы жгли дома украинских крестьян, вывезенных в СССР, куда переселяли поляков. Довольно часто они помогали хозяевам выносить имущество, и когда те сопротивлялись - прибегали к оружию.

Если на территории Польши ОУН и УПА пытались противодействовать депортации украинского, то на территории УССР, наоборот, подталкивали польское население к выезду. При этом также использовались различные средства. После того, как поляки выезжали, принимались меры к «освоению» этих земель.

В инструкции провода ОУН кустовому проводника и референт Волыни от 9 февраля

г. отмечалось: «7. Ликвидировать польские следы: а). 3нищуваты все стены от костелов и другие польские молитвенные дома б). Уничтожать приусадебные деревья так, чтобы не оставалось и признаков того, что там мог кто-то жить. Не уничтожать фруктовых деревьев при дорогах) в). Ко всем польских домов, в которых раньше жили поляки (если в этих домах живут украинском - дома необходимо разобрать и сделать из них землянки), если этого не будет сделано, то дома будут сожжены и люди, которые в них живут, не будут иметь где перезимовать. Обращается внимание еще раз на то, что если останется что-то польское, то поляки будут иметь претензии к нашим землякам »[67].

Эскалацию польско-украинской вражды провоцировали безрассудные действия власти и силовых структур. Например, в Комаровском районе Дрогобычской области по указанию начальника райотдела Рябкова осенью 1944 г. был создан истребительный батальон исключительно из лиц польской национальности, вылилось в организованное преследование украинского населения и насилие над ним. В ходе операций против УПА бойцы батальона издевались над жителями украинских сел, отбирали их имущество, жгли здания, оскорбляли национальное достоинство своих жертв, даже сожгли две женщины и раненого мужчину. Действия истребительного батальона, который получил название «польская полиция», разжигали вражду между польским и украинским населением. Лишь после вмешательства районного прокурора батальон был реорганизован, а отдельные его бойцы привлечены к уголовной ответственности [68].

Случалось и так, что отдельные руководители ОУН и командиры УПА из тактических соображений шли на контакты с поляками и даже прибегали к совместных акций. В советской прессе зафиксировано: «... 1944 Главари бандеровцев и польской боивки Народов Силы Вооруженное, управляемые из Лондона Андерсом, в Карпатских лесах подписали« перемирие »и циркуляр о совместной борьбе и поход на Восток» [69]. 10 августа 1945 состоялась встреча представителя ОУН «Сокола» с чиновниками уездной власти уезда Леска, в ходе которой состоялся корректный обмен мнениями и выяснения позиций сторон в вопросах украинского-польских отношений [70]. После предварительной договоренности и приготовлений отдел УПА, боевка СБ ОУН вместе с группой АК - он («Вольносць и Неподлеглосць») совершили нападение на г. Грубешив с целью «уничтожения вражеских институтов, которые вредят обоим народам и терроризируют польское и украинское население и подпольные организации , и в целях предоставления нашей (АК и УПА) сотрудничества конкретного характера »; были разрушены здания, в которых проживали сотрудники НКВД, взят штурмом помещение польской службы безопасности, откуда выпущен заключенных, убиты около 40 енкаве-дист и польских военнослужащих» [ 71].

Однако подобные факты определили общий характер украинского-польских отношений того времени. До 1946 г. включительно продолжалось взаимное выселение украинского из Польши и поляков с УССР. А в 1947 г. наступила очередь печально акции «Висла».

украинского-польское переселение должно продемонстрировать мировому сообществу добрую волю и деятельное участие СССР в решении болезненных и древних межнациональных конфликтов, а также поддержать просоветское правительство в Варшаве. Кроме того, этой акцией сужалась зона отрядов ОУН и отрядов УПА, ликвидация которых на территории УССР считалась лишь делом времени.

Трагически перелистывались страницы украинского-польской вражды. Чрезвычайную жестокость этого конфликта упоминавшийся специалист И.И. Ильюшин обусловливает «... как взаимной национальной ненавистью, что накапливалась в сознании украинского и поляков на протяжении веков, так и радикальности мер, принятых ОУН (ВБ) - УПА в противодействии польским стремлением восстановить господство на западноукраинских землях» [72].

Сложные вопросы истории сегодня используются политиками как категорические аргументы в борьбе за интересы власти. Они иногда «забывают», что историки, пользуясь принципом историзма, уже определили во многом историческую правду. И поэтому трактовка исследованных исторических фактов становится в устах политиков проблемой их этики и культуры. Тем более, когда речь идет о генетическом поезд украинцев к борьбе за свою государственность с европейскими ценностями.

Литература

Буцко О. Военнопленные в СССР (1941 - 1945 рр.) /А. Буцко //Украинский исторический журнал. - 2000. - № 4; Дробот И. Украины во Второй мировой войне: учеб. пособие. - М., 1998; Коваль М. Украина: 1939 - 1945 Малоизвестные и непрочитанные страницы истории. /М. Коваль. - М., 1995; Коваль М. Вторая мировая война и историческая память /М. Коваль //Украинский исторический журнал. - 2000. - № 3, 4; Косик В. Украина и Германия во Второй мировой войне. /В. Косик - Париж - Нью-Йорк - Киев, 1993; Лысенко А. Стратегия и тактика украинских националистов (осень 1944 - весна 1945) /А. Лысенко //Проблемы ОУН - УПА. Предыдущая историческая справка. - М., 2000. - С. 96110. Мирчук П. Украинская Повстанческая Армия. 1942 - 1952. /П. Мирчук. - Львов, 1991; Рекотов П. Органы управления на оккупированной территории Украины (1941 - 1944 гг) П. Рекотов. //Украинский исторический журнал. - 1997. - № 3; Сергийчук В. Трагедия украинского Польши. - Тернополь, 1997.

ОУН в свете постановлений Великого Собрания, конференций и других документов по борьбе (1929 - 1955). - Издание ЗЧОУН, 1955. - С. 240-242.

Там же.

Мирчук П. Украинская Повстанческая армия: Документы и материалы - Львов, 1994. - С. 308-316.

Там же.

Там же. - С. 67.

Летопись УПА - 1980. - Т. 8. - Кн. 1. - С. 37, 38.

Там же. - С. 39.

Там же. - С. 40.

Украинская Главная Освободительная совет. Материалы научной конференции, посвященной 50-летию создания. - М., 1994. - С. 64-66.

Кентий А. Украинская повстанческая армия в 1944 - 1945 рр. /А. Кентий. - М., 1999. - С. 10,11.

Городинский С. Украинский Национальный Совет /С. Городянский. - М., 1993. - С. 94.

Там же. - С. 95.

Там же. - С. 102, 103.

Шанковский Л. История украинского войска /Л. Шанковский. - К., 1991. - С. 112.

Мирчук П. Украинская повстанческая армия. 1942 - 1952 /П. Мирчук. - Мюнхен, 1953. - С. 288.

Заметки к общественного мышления. - Торонто, 1982. - С. 142.

Лысенко А. украинского-польские отношения периода Второй мировой войны в отечественной историографии: Библиографический указатель /А. Лысенко, А. Марущенко. - М.: Ивано-Франковск, 2003. - С. 124.

Украина - Польша: трудные вопросы. - Варшава, 2001. - Т. 5. - С. 359.

Гайдай О. Кто пожал «Бурю»? /О.Гайдай, Б.Хаваривський, В. Ханас //Армия Крайова на Тернопольщине 1941 - 1945 гг - Тернополь, 1996. - С. 176.

Ткачев С. Польско-украинский трансфер населения 1944 - 1946 рр. /С. Ткачев. - Тернополь, 1997. - С. 208.

Буцко О. Украина - Польша: Миграционный процессы 40-х годов. /А. Буцко. - М., 1997. - С. 150.

Литвин В. Тысяча лет соседства и взаимодействия /В. Литвин. - М., 2002. -С. 133.

Сергийчук В. Десять бурных лет. Западноукраинские земли в 1944 - 1953 годах. Новые документы и материалы. /В. Сергийчук - К., 1998. - С. 944, его же. Депортация поляков с Украины. Неизвестные документы о насильственном переселении большевистской властью населения из УССР в Польшу в 1944 - 1946 годах. - М., 1999. - С. 192, его же. Наша кровь - на своей земле. - М., 2000. - С. 88, его же. ОУН-УПА в годы войны. Новые документы и материалы. - М., 1996. - С. 496, его же. Трагедия украинского Польши. - Тернополь, 1977. - С. 440.

Ильюшин И. Волынская трагедия 1943 - 1944 рр. /И. Ильюшин. - М.: Ин-т истории Украины НАН Украины, 2003. - С. 312, его же. Кем и как принималось решение о проведении антипольской акции на Волыни в 1943 г.? Документы свидетельствуют //Украинский альманах. - Варшава, 2003. - С. 167 - 171; его же. ОУН-УПА и украинский вопрос в годы Второй мировой войны (в свете польских документов). - М., 2000. - С. 198; его же. Противостояние УПА и АК (Армии Крайовой) в годы Второй мировой войны на фоне деятельности польского подполья в Западной Украине. - М., 2001. - С. 289.

Сергийчук В. ОУН - УПА в годы войны /В. Сергийчук. - М., 1996. - С. 233.

Ильюшин И. Волынская трагедия 1943 - 1944 г.г. - М.: Ин-т истории Украины НАН Украины, 2003. - С. 15.

Ильюшин И. Противостояние УПА и АК (Армии Крайовой) в годы Второй мировой войны на фоне деятельности польского подполья в Западной Украине /И. Ильюшин. - М., 2001. - С. 170.

Там же. - С. 167.

Ольшанский Т. Польско-украинский конфликт 1943 - 1947. /Т. Ольшанский //1997. - Число 10. - С. 14.

ЦГАОО Украины, ф. 1, оп. 16, д.. 27 л. 10.

Мирчук П. Украинская повстанческая армия: Док. и материалы /Т. Мирчук. - Львов, 1994. - С. 137 - 138.

Киричук Ю. История УПА .. /Ю. Киричук. - Тернополь, 1991. - С. 137.

Мирчук П. Указ. труд. - С. 141-146.

ОУН и УПА во Второй мировой войне //УИЖ. - 1995. - № 2. - С. 107.

ЦГАОО Украины, ф. 1, оп. 23, д.. 1363, л. 39.

Мигаль Т. Страх перед правдой /Т. Мигаль. - Львов, 1978. - С. 8.

Польша и Украина в тридцатых и сороковых годах XX в. Неве?? Оми страницы из архивов специальных служб. Переселение поляков и украинским. - Варшава - Киев, 2000. - С. 200.

Мирчук П. Указ. труд. - С. 152 - 155.

Ильюшин И. Противостояние УПА и АК (Армии Крайовой) в годы Второй мировой войны на фоне деятельности польского подполья в Западной Украине /И.Иллюшин. - М., 2001. - С. 197.