Наукова бібліотека України

Останні надходження

Loading
Правоохранительная деятельность КАК ОБЪЕКТ УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ ЗАЩИТЫ
статті - Наукові публікації

В статье проанализирован правоприменительная деятельность как самостоятельный объект уголовно-правовой охраны. Сформулированы предложения по систематизации структуры особенной части уголовного кодекса Украины с учетом необходимости перераспределения составов преступлений, посягающими на авторитет органов власти и правосудие.

Enforcement activity as an independent object of criminal law defence is analysed in the article. Suggestions on structure systematization of The Special part of the Criminal code of Ukraine bearing in mind the necessity of redistribution of constitution of a crime, infringing authority of public agency and justice are formulated.

В теории права достаточно устойчивым является взгляд, согласно которому обеспечение законности и правопорядка не может осуществляться стихийно, а требует целенаправленного воздействия на поведение субъектов права с целью приведения такого поведения со стандартами, закрепленных в нормах права. Факторы положительного влияния на состояние законности и правопорядка представляют собой определенную систему, поскольку создают сеть неразрывно связанных между собой элементов, которые имеют упорядоченную иерархическую структуру и развиваются по определенным законам общественного бытия [1, 227]. Приведенная позиция известного российского теоретика, на наш взгляд, не является безупречной, поскольку факторы влияния на состояние законности и правопорядка хотя и представляют собой систему, однако нельзя признавать иерархичность такой системы, которая в таком случае ориентирована на существование факторов более высокого и более низкого порядка . Безусловно, эти факторы имеют разноуровневый характер, однако уровни воздействия определяются субъектным составом такого влияния, а не содержанием влияния, который, в свою очередь, и определяет подчиненность иерархического построения исследуемых факторов.

Представляется, что выделением факторов трех уровней и будет исчерпан содержание целенаправленного воздействия на поведение субъекта права

общегосударственный уровень, который охватывает факторы, влияющие на поведение всех участников общественных отношений, возникновение, изменение и прекращение которых согласно нормам права и образует состояние правопорядка в пределах отдельной страны; стратевий уровень, определяемый сферой заинтересованности в урегулированности отношений на уровне соответствующих социальных объединений (страт), индивидуальный уровень ограничивается влиянием на поведение отдельной личности, как субъекта права. Именно подход, который требует определения иерархического положения каждого из элементов системы факторов влияния на состояние законности и правопорядка, подвергается нами критики, поскольку создал предпосылки для формирования неоправданного подхода с позиции приоритетов к некоторым проблемам правового регулирования. В частности, в уголовном праве приоритетность уголовно-правовой защиты определяется через или доминирование интересов государства в целом, или признание человека, его прав и интересов в качестве основной ценности, защита которой должен осуществляться с использованием Найс-вориших мер воздействия, которыми характеризуется именно уголовная ответственность. Однако, стратевий уровень формирования правопорядка, выступающий одновременно определяющим для общегосударственного и индивидуального уровней, требует обращения к правоохранительной деятельности как особого объекта уголовно-правовой защиты, от создания условий для реализации которого зависит формирование правопорядка как на общегосударственном, так и индивидуальном уровнях .

На основании указанного, обращение к проблеме определения правоохранительной деятельности в качестве самостоятельной ценности, защита которой не только допускает, но требует применения уголовно-правовых мер, представляется достаточно актуальным и необходимым.

Правоохранительная деятельность стала предметом исследований многих ученых, таких как Голосниченко И., Даньшин И., Дзюба В., Дмитрук В., Комарчук В., Матишевський П., Мухтаров Ю., Осадчий В., Яценко С. и некоторых других исследователей. Однако большинство из указанных ученых осуществляют исследования правоохранительной деятельности с позиции ее функциональных особенностей и в качестве стабилизирующего фактора общественного правопорядка. Те же ученые, которые обращают внимание на гарантии осуществления правоохранительной деятельности, рассматривают уголовно-правовое обеспечение наравне с организационным, административным и другими видами факторов, используемых в действующем законодательстве в качестве обеспечения эффективности правоохранительной деятельности.

Целью данной публикации является абстрагирование от функциональных особенностей правоохранительной деятельности с акцентированием внимания на ней, как на особом объекте уголовно-правовой защиты, с запропонуванням новых подходов к систематизации уголовного закона.

Прежде чем обратиться к анализу уголовно-правовой охраны правоохранительной деятельности, необходимо определиться относительно содержания используемых категорий, учитывая то, что такой фактор влияет на логичность приведенных в дальнейшем обоснований.

В уголовно-правовой доктрине сложилось понятие «объект уголовно-правовой охраны», поэтому существует необходимость определить систему его аддитивных признаков, которые определяют не только природу данной юридической категории, но и закладывают основы для выделения их отдельных видов в процессе анализа уголовного законодательства. Во-первых, объект уголовно-правовой охраны охватывает круг общечеловеческих ценностей, которое характеризуется не только важностью для государства и общества, но и по своей природе допускает правовую защиту таких ценностей посредством мер уголовно-правового характера.

Во-вторых, объект уголовно-правовой охраныпредставляет собой неотъемлемую часть правового регулирования с использованием норм уголовного права, которой определяются основные функции такого регулирования, особенности которых в сочетании с объектом уголовно-правовой охраны и создают уникальность правового регулирования с применением уголовного закона. Обосновывая жесткая связь между объектом, функциями и целью в уголовном праве, известный российский ученый М.И. Ковалев отмечал, что между «задачами и функциями существует тесная связь. Однако задача является несколько данное извне исполнителю, право же формулирует ее. Она становится материальной условием жизни как объективная закономерность ... Функция - это роль, которую выполняет именно право, а содержание роли определяется задачами права »[2, 23]. Остановимся на анализе уголовно-правовых функций более подробно, поскольку есть необходимость доказывания собственной позиции по применению категории «уголовно-правовая защита», которая является более целесообразной в использовании по сравнению с «уголовно-правовой охраной».

В теории права под функциями принято понимать основные направления юридического воздействия на общественные отношения, которые определяются целью и социальным назначением права в жизни общества. Традиционно выделяют две самостоятельные функции права: регулятивную и охранительную. Регулятивная функция права состоит в установлении позитивных правил поведения, в организации общественных отношений, в координации социальных взаимосвязей. Охранительная функция - это обусловленный социальным назначением направление правового воздействия, направленный на охрану общезначимых, наиболее важных экономических, политических, национальных, личных отношений, их неприкосновенность и соответственно - вытеснение отношений, не характерных для данного устройства. Таким образом, охранительная функция выражается в обращении установленных уголовным законом правил к охране морально-этических и социально-экономических ценностей, социальных, в том числе и юридических норм, прав и интересов граждан от преступных посягательств [3, 31-32]. Таким образом, в уголовном праве достаточно широко представлена ​​как охранная, так и регулятивная функции, которые взаимно дополняют друг друга, создавая тем самым специфику уголовно-правового регулирования, и обе функции в равной степени зависят от объекта правового регулирования. Так, регулятивная функция состоит в доведении до субъекта права обязанности не совершать определенные действия, посягающие на общих социальные ценности, а охранная реализуется путем предоставления правовых средств, в первую очередь уголовной ответственности, для защиты таких отношений от противоправных посягательств.

На основании указанного можно сделать вывод, что срок, который получил широкое распространение - «объект уголовно-правовой охраны» не совсем адекватно передает содержание выполняемых уголовно-правовых функций. Представляется, что в целях более полного отражения содержания связи между объектом правового регулирования путем применения уголовного закона и функций уголовного права, целесообразно использовать термин «объект уголовно-правовой защиты», который указывает на признание равнозначного существование двух основных функций уголовного права - регулятивной и охранительной. Таким образом, каким бы срок не определялось регулирования, оно не должно отождествляться с термином «охрана», поскольку регулирование предполагает и осуществление деятельности по регулированию социально позитивных отношений, а по мнению некоторых авторов, - и карательной функции. Именно это обстоятельство дает возможность сделать вывод о том, что вопреки взглядам, которые получили широкое распространение, закон об уголовной ответственности призван выполнять регулятивно-охранительную функцию в процессе правового регулирования, которая предусматривает упорядочение общественных отношений с позиции реализации конкретной цели - охрана таких отношений. Кроме того, при использовании термина «уголовно-правовая охрана» возникают этимологические сложности в определении правоохранительной деятельности как «объекта уголовно-правовой охраны». Использование термина «охрана» создает представление о многоуровневый характер охранной деятельности, поскольку она осуществляется определенными уполномоченными органами в процессе применения права в отношении субъектов общественных отношений и уже потом сами субъекты такой деятельности становятся объектом охраны. Но при таких условиях нарушается принцип «равенства всех перед законом», который имеет в-правовой характер и подлежит применению как в отношении общих, так и специальных субъектов права.

Таким образом, использование термина «объект уголовно-правовой защиты» представляется более целесообразным как с позиции определения видов осуществляемых уголовно-правовых функций, так и с позиции использования общеправовых принципов, предусмотренных Конституцией Украины.

В-третьих, признаки объекта уголовно-правовой защиты выступают определяющими факторами в процессе формирования уголовной политики, направленной на преодоление преступности, негативных ее последствий, профилактику и предупреждение преступных деяний. Признаки объекта защиты являются базовыми в процессе установления оптимального механизма воздействия на преступность, они определяют выбор необходимых средств противодействия как преступности в целом, так и отдельных ее проявлений.

отношении содержания понятия «правоохранительная деятельность» следует поддержать позицию Осадчего В.И., который под ним понимает реализацию представителями государственных органов в ходе выполнения ими служебных обязанностей хотя бы одного из приведенных функций: досудебное расследование по уголовным делам или административное производство, выполнение приговоров, решений, определений и постановлений судов, оперативно-розыскная; административная, охранная и профилактическая функции милиции, прекращение правонарушений при перемещении людей, транспортных средств, товаров и других предметов через государственную и таможенную границу, прекращение правонарушений при незаконном использовании леса, незаконной охоте, незаконном занятии рыбным, звериным или другим водным промыслом; надзора и контроля за исполнением законов [4, 9-10]. По мнению ученого, указанные виды деятельности, как объект уголовно-правовой охраны, предусмотренные в разделе XV Особенной части УК Украины, в котором объединены преступные посягательства на авторитет органов государственной власти, органов местного самоуправления и объединений граждан, хотя сам родовой объект определен не удачно [4, 50-52]. Не ставя целью инициировать дискуссию по этому вопросу, все же необходимо отметить, что авторитет органов государственной власти и других субъектов публичной власти более удачной юридической конструкцией, чем государственное управление, как это было установлено уголовным законом 1960 года. Авторитет органов власти и объединений граждан может рассматриваться как с позиции законной деятельности самих носителей власти, лиц, на которых распространяется собственная деятельность и предметов, которые выступают, своего рода, артефактами управленческой деятельности. Указанные составляющие представляют собой систему взаимосвязанных признаков, которые в целом и определяют содержание авторитета органов государственной власти и общественных объединений. Поэтому представляется, что законодатель довольно удачно отметил аддитивную признак деятельности носителей властных полномочий, которой выступает именно авторитет указанных субъектов.

Однако, указанные законодателем виды функций, в некоторых случаях, относящихся к другим родовым объектов, что не может не сказаться отрицательно, ни на оптимальности структуры действующего уголовного закона, ни на практике его применения, поскольку оба указанные факторы являются взаимозависимыми. Так, среди преступлений против правосудия, объединенных в разделе XVIII Особенной части УК Украины, содержатся такие, которые непосредственно связаны с отдельными видами правоохранительной деятельности. Например, в статье 371 УК Украины предусмотрена ответственность за заведомо незаконные задержания, привод или арест. Что касается ареста, то его упоминание в соответствующей статье представляется ошибкой, поскольку арест (согласно ст. 51 УК Украины) относится к виду наказания, которое применяется исключительно на основании приговора суда, а потому незаконное назначение ареста охватывается признаками преступления, предусмотренного ст. 375 УК Украины «Постановления судьей (судьями) заведомо неправосудного приговора, решения, определения или постановления». Что касается задержания, то в соответствии со статьями 106 и 115 УПК Украины, оно осуществляется органами дознания или досудебного-ного следствия. Привод, как мера уголовно-процессуального принуждения, осуществляется органами внутренних дел и Военной службой правопорядка в Вооруженных Силах Украины - в отношении служащих и работников Вооруженных Сил Украины, которые относятся к органам дознания в соответствии со ст. 101 УПК Украины.

Таким образом, указанные действия, образующие объективную сторону преступления, относятся к правоохранительной деятельности, определенной как субъектным составом, так и ее характером и имеет косвенное отношение к осуществлению правосудия, под которым обычно понимают исключительное полномочие осуществлять непосредственное, полное и объективное исследование обстоятельств юридического дела в условиях гласного и устного судебного разбирательства при обеспечении состязательности и равноправия сторон.

Таким образом, проведенное исследование объекта уголовно-правовой защиты, которым выступает правоохранительная деятельность уполномоченных государственных органов, свидетельствует о необходимости поддержать позицию тех ученых, которые предлагают сформировать особую группу статей, в которых предусмотрены деяния, посягающие на установленный порядок осуществления правоохранительной деятельности, рассеянные в разных разделах Особенной части УК Украины, что положительно повлияет не только на структуру уголовного закона, но и практику его применения.

Литература

Общая теория права и государства /под редакцией В.В. Лазарева. - Москва, 1996.

Ковалев М.И. Советское уголовное право: курс лекций. Том 1. Введение в уголовное право. - Свердловск, 1971.

Багрий-Шахматов Л.В. Социально-правовые проблемы уголовное ответственности и форм ее реализации. - Одесса, 2000.

Осадчий В.И. Уголовно-правовая защита правоохранительной деятельности. - Киев, 2004.