Наукова бібліотека України

Останні надходження

Loading
СОВРЕМЕННЫЙ ЗАПАД О МОВНОПОЛИТИЧНУ проблематикой и ПОИСКИ НАЦИОНАЛЬНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ В НЕЗАВИСИМОЙ УКРАИНЕ
статті - Наукові публікації

Официнский Р.А. (Ужгород)

В статье проанализированы взгляды современных западных ученых по мовнополитичнои проблематики и поиска национальной идентичности в независимой Украине. Автор утверждает, что практически все имеющиеся языковые коллизии в современной Украине заранее определяются конфронтационными циклами внешнеполитической конъюнктуры.

1990-е гг примечательны вспышкой глобального кризиса идентичности. Она охватила не только народы, строили новые национальные государства. Среди стран, где активно обсуждались вопросы национальной идентичности были Алжир, Канада, Китай, Германия, Великобритания, Индия, Иран, Япония, Мексика, Марокко, Россия, ЮАР, Сирия, США, Тунис, Турция и Украина 1 . На европейскую орбиту Украина вышла отягощенной историческим наследием русской, польской и австро-венгерской зависимости 2 . Величиной с Францию, она отчасти оправдала этимологию своего названия - les confins (границы). И, собственно, через методологическую призму "пограничная цивилизации" интеллектуальный Запад попытался разглядеть в современной Украине мовнополитичний и национальный аспекты, для него одновременно является важным индикаторам развития демократии и гражданского общества. Несмотря на постоянный украиноведческий мониторинг зарубежных СМИ научно-сервисными подразделениями властных вертикалей, пока эти моменты не нашли отдельного места в отечественной историографии. В предлагаемом

сообщении ставим акцент на западных трактовках украинских проявлений этнической маргинализации и "языковых войн".

роспуск Галицкой ассамблеи (1990-1992) снял проблему политически культурного противостояния Западной и Восточной Украины, однако не погасил "конфликты интерпретаций" в интеллектуальных кругах: сторонников постепенной европеизации "национальной идеи" и исповедников евразийства 1 . Типичный пример. Обнаружив непонимание постколониальных проблем украинской культуры, один из заместителей председателя Верховной Рады (1990-1993) Владимир Гринев сокрушительно высказался о мовнокультурну политику независимой Украины с апокалиптическими видениями "национально-языкового противостояния", "раскола общества" и "изоляции Западной Украине", унаследованную ориентированность индустриальных Харькова, Днепропетровска, Одессы не на Киев, а на Москву и Урал 2 . Указанное отчасти объясняется тем, что русскоязычная интеллигенция в Украине пережила действительно глубокий кризис традиционной культурной идентичности. Отсюда и разнообразные общественные неврозы постколониальной реальности, отраженные Гриневым.

Несмотря на значительные достижения "толерантной украинизации" 1990-х гг, языковая проблема еще долгое время будет оставаться сложной для Украины. Наблюден определенное несоответствие численности национальных меньшинств их доли в обучении, теле-и радиовещании. Однако "тихая украинизация", которая проходит в государстве, дала надежду исследователю Леониду Панасюку (в противоположность

В. Гриневу) на всестороннее возрождение государственного языка при обеспечении права всех этнических меньшинств на свободное владение родным языком и его развитие 3 .

Различая два главных типа национальной идентичности - общественно-территориальную (политическую) и этно, заметим несколько ярких проявлений неопределенности и размытости данного процесса в украинском случае. В одной из старейших израильских газет "Haa'retz" 12 октября 2001 Даниэль Бен Симон разместил проблемную разведку почтенного объема под названием "В новой Украине", где отмечено интересный феномен. Среди "новых русских" немало евреев, однако, учитывая сомнительность их состояния, это, по мнению автора, вряд ли звучит комплиментом. Антисемитизма в Украине нет, власть делает все, чтобы удержать еврейское население.

На Западе имел некоторый публицистический огласку и аспект сохранения вновь открытой "русинской идентичности" 4 . Однако в 2001 г. "The Star Tribune" и "Chicago Tribune" зафиксировали неутешительную картину. В Соединенных Штатах выходцы из Закарпатья живут преимущественно в Миннесоте и Пенсильвании. Призывы активистов к потомкам карпатских переселенцев посвятить себя сохранению "самобытности" получают в основном отрицательные ответы. Тай в Украине провозглашен в мае 1993 г. Временное русинский правительство со своим премьер Регби-министром, министром иностранных дел и несколькими послами самораспустилась в начале 2001 г. Другие активисты сошлись во мнении наращивать языковые эксперименты. И все же, при

всеукраинской переписи населения (декабрь 2001 г.) "впервые собраны данные, характеризующие этнические группы и самоназвания отдельных национальностей", в частности в Закарпатье русинами записалось 10,1 тыс. лиц, истолковано как этническая группа, входящая в украинской национальности 1 . В то же время в области общая численность украинского составляет 1 млн. 10,1 тыс. или 80,5% населения. Репортер Эйри Ферн воочию увидел "гармонию в неожиданном месте" - титульные нации пяти стран (Украины, Польши, Словакии, Венгрии, Румынии) или лапидарнише "п 'пять стран и четыре веры мирно спиввиснують в многонациональном Закарпатье".

С закарпатского поводу ученые отреагировали должным образом 2 , а журналисты предложили зарубежном общественности историко-публицистическую справку с акцентом на 1646, 1919 и 1939 годов, то есть переломных для Закарпатья событиях. Лингвистика-этнологический направление исследований "русинской проблематики" показал определенные интересы иностранных государств в условиях распада биполярного мира и внутренние причины этнической маргинализации: пророссийские а?? В евроинтеграционных симпатии, ментальное реагирования относительно проявлений национализма.

целом история Украины воспринимается Западом, как романтическая баллада о народе, который смело отстаивал свою самобытность в тяжелых условиях на пространстве, был извечным битвы. Для страны, которую опустошили и коммунисты, и нацисты, пора присоединиться к развитому миру. Такой фокус, в частности, в статье Аскольда Крушельницкого для лондонской газеты "European" (4 декабря 1995). Однако, например, нынешние жители сел, расположенных на горных равнинах Прикарпатья, переходили от империи к империи, знают только, что они говорят на украинском языке, когда обрабатывают землю, ухаживают за скотом, копают картошку, прибивают к крыш украшены орнаментами металлические покрытия 4 .

С легкой руки Самюэля Хантингтона, Украина цивилизационно принадлежит к лагерю "расколотых стран", где большие культурные группы принадлежат к разным цивизаций 5 . Она разделена на "униатский националистический, говорящий украинский запад и православный русскоязычный восток". Хотя в Украине существует большое российское меньшинство, однако украинские русские не основали ни одной организации, целью которой бы стал территориальный отрыв. Они не создали даже отдельного литературного журнала. Как выразился профессор Богдан Осадчук из Берлина, Украина в течение определенного времени будет двуязычной. Это - следствие колониализма. Но проблема не в двуязычии, а в продолжающейся по сей экономической зависимости от российского сырья в первую очередь от нефти и газа.

В начале 1990-х гг некоторые на Западе предсказывал самый со времен Второй мировой войны кровопролитный конфликт. Однако Украина избежала

русскоязычного "Восточного фронта". Напротив, восточно политическая и деловая элита полностью поддержали независимость. Олицетворением этого феномена стали председатель Луганской областной государственной администрации Геннадий Фоменко и председатель Луганского городского совета Алексей Данилов. Бывший директор советского завода оружия Г. Фоменко, едва говорил на украинском, подчеркнул: "Восток - неотъемлемая часть Украины. Кроме того, мы знаем, как живут наши соседи в России. И они живут не лучше, чем мы ". В Восточной Украине, подчеркнул А. Данилов, силой не заставляют общаться на государственном языке, а преподавание ней велось тогда в менее чем 20% местных школ.

Как отметил в вашингтонском еженедельном журнале "The New Republic" 15 апреля 2002 Стивен Коткин, англоязычная книга документальных очерков "Украина: поиск национального сознания" (2000) стоит кучи макулатуры, опубликованной о современной Украине. Авторы исследования бесстрастно подали правдивый срез проблематики 1 . Среди поразительных аргументов и последствия распада советской империи, застал 70 млн. чел. (Каждый четвертый) за пределами своей "исторической родины", если вообще она у них была. Украинская молодежь настроена прозападно, но, путешествуя, ей бросается в глаза, что Москва почему-то "западнее" и богаче Киева. Так иногда поиск "национального сознания" идет вразрез с политикой.

Мовнополитични настроения населения Украины не случайно находились в эпицентре комментариев мировых СМИ. Ожидаемая острота, приумноженная апокалиптической воображением, легко предоставляется читателю в привлекательных внутренним драматизмом журналистских расследованиях о том, как этнические русские чувствуют давление украинского национализма 2 . И в мае 2000 нашелся удобный повод заострить внимание на "языковой войне", разгоряченной во Львове смертью популярного композитора Игоря Билозира. В кофейни в центре города в тот роковой майский вечер группе русскоязычной молодежи не понравились конь друзья, которые пели украинские песни. В драке 45 - летний композитор получил тяжелую травму головы. Он умер в больнице через три недели, сразу став национальным мучеником. Одним из убийц оказался сын заместителя начальника Львовской городской милиции. Около ста тысяч человек во Львове пришли на похороны Игоря Билозира. После город пережил несколько погромов кав 'кофеен, баров, киосков, где звучала или продавалась русская музыка или периодика. На этом фоне Ян Трейнор из британской "The Guardian" (7 ноября 2000) заметил: около 20% населения Украины - этнические русские, 60% украинских граждан (в Киеве - 70%, во Львове - 40%) говорят на русском, а русскоязычные газеты преобладают русскоязычные в соотношении 10:1. Дискуссию в "The Guardian" было продолжено через день, 9 ноября, свидетельством "за" Питера Бейджера из Сан-Франциско (США) и отрицанием украинского посла в Великобритании В. Василенко 3 . Последний

неоднократно опровергал не только в "The Guardian", но и в "The Financial Times", что "Украина не ведет войну с русским языком", как это пытается представить "маленькая, но голосистая группа российских шовинистов".

В свою очередь многие россияне во Львове, по мнению Эндрю Джека с "The Financial Times" (19 июля 2000), не желает признавать, что преимущества в советскую пору они имели за счет украинского (принудительная русификация). Поэтому перед Украиной стоит сложная проблема преодолеть тяжелое наследство российской оккупации, соблюдая права человека, производимых в Западной Европе, которые никогда не почитались в Советском Союзе.

За пределами России проживает сейчас около 20 млн. россиян. На протяжении многих лет администрации президентов Б. Ельцина и В. Путина проявляли интерес в различных вариациях в фиксации показаний межэтнической напряженности. В начале марта 2001 спикер нижней палаты российского парламента Геннадий Селезнев, объявляя планы проведения конгресса е?? Ночных русских

из всех стран бывшего СССР (так и не состоялся), раскритиковал Украину, прибалтийские государства и Казахстан по "моноэтничную модель", которая дискриминирует русских.

После шторма публикаций в периодических изданиях России об ужасах львовского национализма газета американских интеллектуалов "The Christian Science Monitor" (20 июня 2000) обнародовала сбалансированную нейтральную статью канадца украинского происхождения Фреда Вейра 1 . Он не стал доверять сообщениям информационных агентств и лично изучил явление, посетив в числе других зарубежных коллег Украине. Слишком интересовал Львов после трагической смерти от рук русскоязычных молодых культового композитора Игоря Билозира 2 . Ф. Вейр свидетельствовал, что гигантский северный сосед завалил Украину своей дешевой литературой, музыкой, кино и телевизионными. В целом же современной Украины, по Ф. Вейром, присущ феномен language gap (речевого разрыва /интервала): каждый говорит на своем языке и никто не обращает внимания на это во взаимном общении. Собственно, здесь и проявляется ежедневно уникальная сущность украинской социальной стабильности в конце XX - начале XXI в.

Нет веских оснований не согласиться с этой аналитической "изюминкой". Практически все имеющиеся языковые коллизии в современной Украине заранее определялись конфронтационными циклами внешнеполитической конъюнктуры. А отсутствие реального конфликтогенного потенциала (а не локальных, единичных и мелких проявлений) в условиях "тихой украинизации" очевидна. Это первый вывод нашего исследования. А второй заключается в следующем. В современной Украине наблюдаются явления этнической маргинализации. Вследствие эмиграционного ажиотажа получили заметного распространения изменена или двойная национальная идентификации. Все это не проходит мимо пристального глаза зарубежных СМИ уже второе десятилетие и не должно проходить мимо отечественную историографию. В частности, в ходе дальнейшего изучения данной проблемы напрашивается детальный "пострановой" срез интерпретационных линий.

Vassylenko V. Letters to the editor: Replacing Russian chauvinism in Ukraine //The Financial Times. - 2000. - 27 July.